Алексей Мельников (не какой-то там болт собачий, а Член Федерального совета партии Яблоко) сказанул в своем бложике на Эхе Москвы:

«Манифест Власова» – это манифест Комитета Освобождения Народов России (КОНР), который часто называют «Пражским манифестом».
Зачитан он был в Праге 14 ноября 1944 года председателем Президиума Комитета генералом Андреем Андреевичем Власовым. На днях исполняется 65 лет с того памятного для русского освободительного движения, а значит и для всей России, дня.

Ценного в этом манифесте, написанном по свидетельству В.К.Штрик-Штрикфельдта «русскими – главным образом бывшими советскими» гражданами» было то, что в нём провозглашалась программа освобождения России от большевизма.
То, о чём мечтали мыслящие подсоветские люди, начиная с установления в стране диктатуры большевиков и что, наконец, отчасти было осуществлено в августе 1991 года.

«Пражский манифест» – один из главных этапов борьбы народов России за освобождение от большевицкого ига.
И сегодня этот документ производит сильное впечатление. Удивительно, как вообще он мог быть обнародован в нацистской Германии.

Среди наших соотечественников, отравленных ядом коммунистической версии истории Второй мировой войны, распространено представление о том, что входившие в движение за освобождение России от большевизма люди были предателями.
Несомненно, что с большевицкой точки зрения это так и есть. Но вовсе не с точки зрения России.


А вот еще (увел у alexkinzer)

Губернатор Белых:

Стоит ли высказываться о социализме человеку, который не является специалистом в экономических и социальных вопросах? По ряду причин думаю, что да.

Нигде мы не преодолели того, что Торстен Веблен называл “хищнической фазой” человеческого развития. Существующие экономические факты принадлежат к ней, и законы, которые мы можем вывести из этих фактов, неприложимы к другим фазам. А так как цель социализма и состоит именно в том, чтобы преодолеть хищническую фазу человеческого развития ради более высокой, экономическая наука в ее настоящем виде не способна прояснить черты социалистического общества будущего.

Во-вторых, социализм обращен к социально-этической цели. Наука же не способна создавать цели. Еще менее - воспитывать их в человеке. В лучшем случае, наука может предоставить средства к достижению определенных целей. Но сами цели порождаются людьми с высокими этическими идеалами. И, если эти цели не мертворожденные, а обладают жизненной силой, их принимают и осуществляют те массы людей, которые полусознательно определяют медленную эволюцию общества.

Вот почему нам следует проявлять осторожность, чтобы не преувеличить значение науки и научных методов, когда дело касается человеческих проблем. И не следует полагать, что только эксперты имеют право судить о вопросах, влияющих на организацию общества.

Плановая экономика, которая регулирует производство в соответствии с потребностями общества, распределяла бы необходимый труд между всеми его членами способными трудиться и гарантировала бы право на жизнь каждому мужчине, женщине и ребенку.

Помимо развития его природных способностей, образование человека ставило бы своей целью развитие в нем чувства ответственности за других людей, вместо существующего в нашем обществе прославления власти и успеха.

Необходимо помнить, однако, что плановая экономика это еще не социализм. Сама по себе, она может сопровождаться полным закрепощением личности. Построение социализма требует решения исключительно сложных социально-политических проблем: учитывая высокую степень политической и экономической централизации, как сделать так, чтобы бюрократия не стала всемогущей. Как обеспечить защиту прав личности, а с ними и демократический противовес власти бюрократии?

Ясность в отношении целей и проблем социализма имеет величайшее значение в наше переходное время. Так как в настоящее время свободное, без помех обсуждение этих проблем находится под мощным табу, я считаю выход в свет этого журнала важным общественным делом.

Интеллект – могучее орудие.

Однако тот, кто постоянно держит его перед собою, уподобляется человеку, постоянно ходящему с пулеметом – штукой мощной и в определенных ситуациях незаменимой, но обременяющей и создающей излишнее напряжение в мирное время.

Извечный вопрос, стоящий перед любым «интеллектуалом» - как рассматривать мир вокруг меня – как находящийся в ситуации мира, или же в ситуации войны?

Ответ честного перед собой человека очевиден. Но тут встает следующий -
даже если я участвую в войне – является ли мое оружие оптимальным, или же оно морально устарело должно быть заменено более совершенным?

Может, и прав в чем-то матерый реакционерище Юнг?
Вопросик…